КОРСАРЫ ИЛИ КАРИБСКИЙ КРИЗИС ПОЛКОВНИКА СКРЫБОЧКИНА

9 Апреля 2011
КОРСАРЫ ИЛИ КАРИБСКИЙ КРИЗИС ПОЛКОВНИКА СКРЫБОЧКИНА

Это была неслыханная удача – отбить у пиратов яхту с полным трюмом оружия. Загвоздка состояла в том, что ни Скрыбочкин, ни Корецкий не умели управлять кораблём. И хотя в штурманской каюте оказалось несколько книг по судовождению, Корецкий наотрез отказался читать по-английски. Полковнику Скрыбочкину пришлось двое суток устраивать политинформации с физическим воздействием, пока он добился своего. С тех пор Корецкий сидел, запертый в рубке, над непосильной литературой и лишь к вечеру получал пищу – после того, как зачитывал полковнику несколько страниц английского текста. Разумеется, обучиться языку за смехотворное время он не мог, а просто наговаривал максимально невозможные словосочетания, держа перед собой книгу (Скрыбочкин кивал, развалившись в кресле, пока не задрёмывал над бутылкой).

Всё бы хорошо, но литература подошла к концу. Теперь следовало реально менять курс корабля.

- Гляди, штобы прямо у вустье Кубани попасть, - наказал Скрыбочкин. И мечтательно зажмурился:

- Как сдам в Екатеринодаре оружие, сразу по бабах закачуся. Што касаемо ресторанов – можно в «Куренях» с недельку одкиснуть... Да и жена ж, наверное, сокучила...

Корецкий на мостике нажал с десяток неведомых кнопок и наугад крутанул штурвал. Корабль передёрнуло из стороны в сторону. Скрыбочкин с Корецким упали на пол. Полковник со страшным лицом сунул руку в карман и облегчённо вздохнул: бутылка виски осталась цела.

- Всё? - подозрительно сощурился он. – Што-то быстровато ты курс сменил.

- А ты прочти инструкцию, сам убедишься, - Корецкий сунул ему под нос пятикилограммовую книгу на английском. В которую полковник гадливо сплюнул.

Они отправились на камбуз и открыли душевную русскую пьянку с частушками, слезами и политическими разногласиями, не догадываясь о том, что судном на самом деле управляет компьютер. Осуществив плавный поворот, захваченный корсар неприметно вернулся к прежнему курсу и продолжал двигаться в направлении зафиксированного программой колумбийского берега.

Вокруг расстилалось Карибское море... Только бывалый морской волк может взять в ум, какая случается скука посреди плаванья. Алкоголь не всегда помогал успешному её преодолению, и Скрыбочкин изыскивал новые средства, чтобы не помутиться рассудком. Так иногда он брал из трюма автомат «Узи» и крался по помещениям, уменьшая численное выражение крысиного племени. За ним вышаркивал Корецкий, сгибаясь под тяжестью оружейного ящика. В который собирал добычу, чтобы потом спускать её за борт.

Иногда от нечего делать они отрубали штык-ножом крысиные хвосты. Закупоривали их вместо писем в пустые бутылки и за неимением почтамта выбрасывали в море.

Как-то, остановившись по малой нужде подле борта, полковник не увидел воды из-за кишевших в ней акул:

- Это што ж, я уже до такой степени галлюцинирую? Или взаправду путина началася?

- Чему удивляться, если сам их каждый день крысячьим мясом приманиваешь, - отозвался Корецкий.

- Автомат, наверно, таких хичников не возьмёт, - почесал затылок Скрыбочкин. - Здесь, как минимум, взрывчаткой требуется глушить. А ну, пошли в трюм, поищем. Всё одно рыбнадзора покамест не видно.

...Они вынесли на палубу американскую противотанковую установку «ТОУ» и произвели несколько выстрелов. К удивлению Скрыбочкина, ракетные снаряды не причиняли акулам вреда, а с пузырями уходили на глубину и где-то там глухо взрывались.

- Перебор, - обескуражено пошевелил бровями полковник. – Ежли у янок всё вооружение такое, то нам такого добра задаром не надобно.

- А вон, гля, всплывает кверху брюхом, - разглядел Корецкий нечто, прояснявшееся из пучины. – Кит, что ли?

- Ого, здоровенный какой, - встревожился Скрыбочкин. – Коли раненый, дак пожрёт нас единым мигом. Давай для верности хучь добьём-то его!

Они принялись выпускать ракету за ракетой в поднимавшуюся на поверхность тёмную тушу.

Это была подлодка. Едва её рубка показалась над волнами, как на свежий воздух высыпали матросы в форме кубинского ВМФ – и принялись подавать в рупор голосовые сигналы о том, что сдаются.

Опомнившись от неожиданности, Скрыбочкин решил:

- У них там, на Кубе, кажись, до демократии ещё не дошло... Готовь шлюпку – поглядим, какую контрибуцию агрессорам назначить.

Они подгребли к повреждённой субмарине.

- По какому праву вы нас атаковали? - сердито спросил прямоугольный мужик с закрытым усами ртом.

- А разве хто кого атакувал? - изумился Скрыбочкин. – Мы действовали в рамках защиты своего усуверенитета. Звиняйте, и с кем имею честь?

- Каперанг кубинского военного флота Хозе Ибаньес, - представился собеседник.

- Полковник российской безопасности Скрыбочкин... Ну, вот што, друже Козьибанец, пошли поглядим по каютах, чем вы можете от нас одкупиться.

- Это пиратство! Грабёж! - развесил усы капитан. – Теперь что, такая установка Москвы?

- Про Москву не ручаюся. С Екатеринодару мы. А насчёт грабежу, дак вы с Хфиделем, вон, с шестьдесят... хрен его знает какого году наши закрома объедаете. Будем теперь обратно увсё перерасчитывать... Перво-наперво предъявишь корабельную казну. И всё, што имеется горюче-смазочного.

Корецкий стал разворачивать взятые с собой мешки. Куда погрузили двадцать флаконов медицинского спирта, семьдесят тысяч песо из капитанского сейфа, сорок зубных щёток с иностранными надписями на ручках, восемь бронзовых бюстов Фиделя Кастро (потому что бронзу, пояснил Скрыбочкин, по прибытии домой можно сбыть частным приёмщикам на переплавку) и множество разных мелочей. Неожиданно полковнику пришла в мозг новая мысль:

- А у вас, часом, реактор не на уране функционирует? Уран же теперь на международном рынке бешеных денег стоит.

- Никакого урана, - ответил Хозе Ибаньес. – Дизель у нас.

- Проверим. Неси дозиметр.

Капитан принёс затребованный прибор. Они проследовали в машинное отделение. Скрыбочкин приказал разбирать двигатель, а сам принимал в руки каждую отвинченную деталь, настоятельно исследуя её на радиоактивность… Через несколько часов он обратился к Корецкому:

- Ураном не пахнет. Единственный плюс: тебе будет легше мешок нести… - тут его внимание привлёк один из чернокожих механиков:

- Почему матрос не соответствует хформе одёжи?

- Так грязно здесь: масло, мазут, - развёл руками капитан. – Во время работы я разрешаю переодеваться в джинсы.

- Вот што я скажу: зажралися вы донельзя. Да у нас только для празднеств отакие драные «варёнки» сберегают. Я даже на собственную свадьбу в хужих появился... Нет, неправильно мы вас своим хлебом кормили… - полковник оборотился к механику:

- А ну, сымай подменку, слышь! Ничо, и в казённом доплаваешь… - он, осёкшись, прищурился:

- Гляжу, и плавки у тебя фирменные. Да я, пока до старлея дослужился, фланелевы кальсоны в глаза увидеть не мечтал. Сымай плавари!

На обратном пути Скрыбочкин замер перед незамеченным прежде штабелем:

- Это што в коробах с хранцузскими надписями? Пархумерия?

- Нет. Танки.

- Не бреши. Какие могут быть танки?

- Резиновые, надувные. В Иран везли, для новой войны со Штатами. Эти игрушки очень эффективны для отвлечения бомбовых ударов противника.

- А у нас на Кубани касаемо игрушек – мертвецкая дороговизна, хучь вешайся, - оживился Скрыбочкин. – Это я забираю без разговоров.

Уже спускаясь в шлюпку, полковник увидел перископ. Который изъял без лишних разъяснений.

...Когда оставленная за кормой субмарина скрылась из вида, Скрыбочкин достал насос:

- Счас спробуем в деле ихний камуфляж заради хохмы...

Они накачали несколько резиновых танков и спустили их на воду. Это понравилось. Поскольку делать всё равно было нечего, Скрыбочкин с Корецким не оставили этого занятия и между виски и ромом резались в карты, а проигравший нагнетал воздухом очередной танк – и пока тот поблизости виднелся на волнах, оба швыряли в него порожней стеклотарой, невзирая на выпученные морды акул и непрекращавшуюся морскую болезнь.

...Вскоре кубинские пилоты стали докладывать начальству о концентрации в море крупных бронетанковых соединений. Это казалось невероятным, однако нельзя было не верить аэрофотосъёмке. Поднялась паника о новом американском оружии. ВВС получили приказ ради мира на планете уничтожать вблизи берегов невероятную технику. Сотни самолётов вырулили на взлётно-посадочные полосы, чтобы наносить ракетно-бомбовые удары по противнику...

Погожим днём сочинские миллионеры Захеракос и Кастракис мирно удили рыбу, свесив ноги над карибскими волнами. Внезапно их яхта была захвачена стремительным парашютным штурмом кубинских десантников.

- Здесь танки не проплывали? - свирепо рявкнул десантный лейтенант, встряхивая автоматом. – Вы давно околачиваетесь в этом квадрате – может, у вас тут наблюдательный пункт?

- Какие танки? - не понял Захеракос. И скосил лицо на своего компаньона:

- Видимо, надо обратиться к своему психоаналитику.

Тут из каюты, вопросительно вертя в руках двумя парами нунчак, вышел телохранитель обоюдных миллионеров Отар Улупидзе:

- В чом дэло, уважяемые?

Ответа не последовало: коммандос вглядывались в очертания возникшего навстречу корабля, перешёптываясь:

- На нём никаких опознавательных знаков.

- Это корсар.

- Смотрите: следом движется танковая колонна!

В упомянутый момент с борта пиратского судна открылась истерическая стрельба. Никто не знал, что её причина носила чисто орнитологический характер: Скрыбочкин пробудился среди катавшихся по палубе бутылок, сплошь обгаженный перелётными птицами – и, отплёвываясь, принялся палить во все стороны из попавшегося под руку миномёта, чтоб отогнать пернатых. Одна мина, правда, нечаянным образом угодила в яхту сочинских миллионеров. Судно, накренившись, загорелось. Корсар же, будто Летучий Голландец, не подавая признаков жизни, величественно проследовал мимо (потому что Скрыбочкин, опростав новую поллитровку, вскрыл банку тушёнки и решил на всякий случай сходить в сортир, чтобы хоть раз поберечь одежду – да там и лишился окончательного сознания, запечатлевшись в унитаз с такой безнадёжной силой, что весь фаянс разбрызгался по стенам).

...Через двое суток миллионеров и десантников снял с перегруженной шлюпки американский эсминец. В Ки-Уэсте всех определили в психушку. Несмотря на многомесячные поиски справедливости потерпевшим кораблекрушение так и не удалось доказать врачам, сколько нервов стоит забыть Летучий Голландец и водоплавающие танки.

...Корсар, между тем, продолжал свой путь. Среди посторонних событий случалась иногда и осознанная реальность, когда Скрыбочкин понуждал Корецкого оторваться от стакана и пойти обозреть горизонт. В один из таких моментов Корецкий вдруг зарыдал, сипло выкрикивая

- Земля! Зе-е-емля-а-а-ё!

Скрыбочкин, подлетев к нему, высунулся за борт:

- Кажись, повезло нам: с первого разу в самую тютельку впопали, - он вытянул пальцы в направлении островерхих соломенных хижин:

- Курени - вон, видишь? И казаки в лодках, гля, подвигнулись встречать нас... Только странно, што они пообносились догола: невжели разруха на Кубани до такого дошла?

Тут приблизившиеся в узких каноэ голые краснорожие люди принялись осыпать судно тучами стрел и копий.

Это было племя южноамериканских каннибалов, вышедших выполнять свою продовольственную программу, чего Скрыбочкин не знал, хотя опасность для своей жизнедеятельности понял – и прокричал ссутулившемуся от страха Корецкому:

- Ну погоди, сусанин, я тебе все сусала за такую навигацию разщербаю!

Он метнулся за автоматом.

Стрельба длинными очередями сделала своё: каннибалы, испугавшись непривычного грома, пустились обратным курсом. Скрыбочкин остался один посреди окружающей нелепости (Корецкий успел раствориться в трюме). Полковник смотрел на нежелательную колумбийскую территорию и понимал запоздалым сознанием, что Родина не стала ближе, а вместо неё снова подвернулся какой-то чуждый регион. И крепче сжимал автомат. Поскольку всё равно надо было как-нибудь существовать в дальнейшем. «Хорошо всё-таки, - думал он, - что под руками хватает оружия. А провиант и огненную воду при достаточном боекомплекте можно будет достать и промеж каннибалов»...

Поддержать журнал
ДЛЯ РАСПРОСТРАНЕНИЯ ПУБЛИКАЦИИ ПО СОЦИАЛЬНЫМ СЕТЯМ, ЖМИТЕ НА ЭТИ ЗНАЧКИ



Текст сообщения*
Загрузить изображение
 
ДИАЛОГИ ИЗДАНИЯ
ИСТОРИЯ ИЗДАНИЯ