Источник картинки (не коммерческое использование)

В салоне старенькой «Нивы», которая ехала из Мариуполя, убегая от войны, пахло потом, бензином и страхом. Каждая щель машины была забита вещами: сумки с документами торчали из-под сидений, на коленях у Нади спала пятилетняя Олена, а семилетний Микола вжался в бок отца, глядя куда-то в одну точку. Собака, рыжий "двортерьер" по кличке Шайтан, лежала в ногах у детей, а кошка Мурка, забившись в переноску, истошно мяукала каждые пять минут.

Они выехали из города вчера. Объезжая разбитую трассу, петляли по полям, и теперь, на рассвете, влились в длинную вереницу машин, двигавшуюся к Днепру. Везде был один и тот же страх — в глазах водителей, в силуэтах людей, бредущих по обочине пешком.

— Тормози, — резко сказала Надя.

Сергей посмотрел в зеркало. На обочине стояла пара. Женщина, укрытая пиджаком мужа, держала на руках ребенка. Мужчина, лет тридцати, с землистым лицом, шагнул к их машине и постучал по стеклу.

Сергей опустил окно.

— Возьмите! — голос мужчины сел от крика. — Мы уже сутки идем. Ребенок… — он показал на маленький узелок в руках жены. — Девочка, два года. Возьмите, умоляю.

Сергей посмотрел назад. В машине не было места. Абсолютно. Даже воздух, казалось, занимал мизерные остатки свободного пространства.

— Слышите, — мужчина её уже не просил, он требовал. — Мы ее не дотащим. Мы сами… мы пойдем. Вы только девочку.

Надя, не раздумывая, протянула руки.

— Давай сюда. Садись ко мне на колени, маленькая.

Женщина, не говоря ни слова, передала ребенка в салон. Девочка всхлипнула, уткнулась Наде в плечо. Мужчина, отец, перевел дыхание и вдруг заговорил быстро, глотая слова:

— Ещё жену. Возьмите жену. Я дойду. А её — возьмите. Собаку выкиньте, — он ткнул пальцем в Шайтана. — И кошку. Освободите место, вы её, — он кивнул на свою жену, — посадите.

Сергей нахмурился.

— Не могу. Не влезет. Мы и так…

— Выкинь тварей! — заорал мужчина. В его голосе звенела сталь отчаяния. — Это же звери! А она — человек! Она мать!

Жена мужчины молчала. Она просто смотрела на свой узелок — пустые руки, в которых еще секунду назад лежал ребенок, — и беззвучно плакала.

— Нет, — жестко сказал Сергей. — Мы взяли девочку. Мы довезем. Извините.

Они не выбросили собаку. Они не выбросили кошку. Они не взяли женщину.

— Да будьте вы все прокляты! — крик отца ударил по стеклу. — Все прокляты! Вас убьют! Всех убьют! Всех!!!

Сергей нажал на газ. «Нива» дёрнулась, вливаясь в общий поток. В зеркале заднего вида Надя увидела, как мужчина обнял жену и они снова пошли вдоль дороги, маленькие фигурки на фоне серого утра.

Они ехали молча. Чужой ребенок тихо посапывал на руках у Нади. Собака лизнула руку Миколе. Кошка наконец замолчала.

Через сорок минут колонна встала. Впереди, метрах в пятистах, разорвался первый снаряд. Потом второй. Сергей рванул руль вправо, пытаясь съехать в кювет, но земля уже вздыбилась рядом с капотом.

Грохот был таким, что Надя ничего не слышала. Она видела, как стекло перед ней покрылось паутиной трещин, как Микола закричал, а Шайтан истошно залаял. А потом она увидела, как голова Сергея дернулась и медленно опустилась на руль. Красное пятно расползалось по серой ткани его куртки.

Она не успела закричать. Она схватила чужую девочку, прижала к себе, выбила стекло боковой двери ногой и вывалилась наружу. Микола, плача, полез за ней, схватив до шока перепуганную Олену. Шайтан, повизгивая, выскочил следом, а Мурка забилась в переноске, которую Надя, не глядя, вышвырнула из машины.

Она шла, спотыкаясь, уводя детей от горящих машин. Она не оглядывалась. В ушах звенело. Она знала только одно: нужно идти. Нужно нести эту девочку.

Через час, когда они остановились передохнуть в придорожной канаве, к ним, хромая, подошла женщина. С землистым лицом. Без ребенка. Она смотрела на девочку в руках Нади.

Это была та-самая мать.

Она ничего не сказала. Она просто села рядом и обняла свою дочь. И заплакала. Так, как плачут, когда не осталось ни сил, ни слов, ни людей.

Надя сидела, сжимая в руках ошейник Шайтана. Рядом лежала разбитая переноска. Мурки внутри не было.

Кто был виноват в случившемся?

Муж, не взявший жену? Жена, не закричавшая «возьмите»? Мужчина на обочине, проклявший их? Война? Случай?

Боль была невыносимой. И у нее не было имени.

Автор: Дмитрий ДАРМОДЕХИН