«ТЫ НАСРАЛА ИЛИ НЕТ?»

26 Октября 2026
«ТЫ НАСРАЛА ИЛИ НЕТ?»


Приёмное отделение больницы в пригороде Иерусалима. Полдень. Жара такая, что даже мухи летают лёжа. За стойкой находится медсестра Ципора, женщина, которая пережила три войны, две интифады и одного мужа. И теперь её ничем не проймёшь. В очереди стоят человек восемь, и каждый уверен, что именно он самый тяжёлый случай в истории мировой медицины.

Первой оформляют Насралу. Девушка она тихая, пришла с температурой и глазами, полными вселенской скорби. Ципора заполняет карточку: «Насрала... фамилия?» — «Насрала». — «Имя?» — «Насрала». — «Так ты Насрала Насрала?» — «Нет, я Насрала, а фамилия...» Тут в коридоре что-то грохнуло, и разговор повис в воздухе, как бельё на верёвке.

А в кабинет уже заходит следующий пациент. Точнее, пациентка. Роза. Женщина солидная, с сумочкой, из которой торчит половина аптеки, и с лицом человека, который не спал четыре дня и уже не надеется. У Розы — запор. Не просто запор, а Запор с большой буквы, событие недели, тема семейных ужинов и причина, по которой её муж второй день ночует у брата.

Врач — доктор Шимон, человек добрый, но рассеянный настолько, что однажды выписал себе рецепт на имя соседа. Он поднимает глаза от карточки, которую только что заполняла Ципора, и спрашивает:

— Так. Ты Насрала или нет?

Роза замирает. Внутри у неё что-то обрывается. Она смотрит на врача долгим взглядом человека, которому только что сообщили, что он, возможно, не тот, кем себя считает всю жизнь.

— Что? — говорит она шёпотом.

— Ты Насрала или нет? — повторяет доктор, листая карточку. — Мне нужно знать, ты это или не ты.

Роза медленно опускается на стул. В её голове проносится вся жизнь. Сорок семь лет она была Розой. Роза! Мама, папа, муж, дети, соседки — все звали её Розой. И вот теперь, в этой больнице, в этом кабинете, ей говорят, что она, возможно, Насрала.

— Доктор, — говорит она дрожащим голосом, — я не Насрала.

— А кто?

— Я Роза.

Доктор Шимон хмурится. Он смотрит в карточку. Потом на Розу. Потом опять в карточку.

— Странно, — говорит он. — Тут написано «Насрала».

— Это не я!

— А кто?

— Откуда я знаю! — Роза уже на грани. — Я пришла с животом! У меня запор!

— Запор — это хорошо, — рассеянно кивает доктор. — Это конкретно. А вот с Насралой надо разобраться. Ты точно не Насрала?

— Доктор, я Роза! Меня так назвали в честь бабушки! Бабушку звали Роза! Маму звали Роза! Всех в семье зовут Роза!

— А Насралой никого не звали?

— Нет!!!

В коридоре тем временем настоящая Насрала, которая всё ещё ждёт своей очереди, слышит крики из кабинета и начинает нервничать. Она поворачивается к соседке:

— Это что, меня там ищут?

— Не знаю, — пожимает плечами соседка. — Какую-то Насралу ищут. Может, ты и есть.

— Я и есть Насрала!

— Так иди!

— А вдруг это не я? — вдруг пугается Насрала. — Вдруг это другая Насрала?

Тут в разговор вмешивается старик с палочкой, который сидит здесь с восьми утра и уже успел изучить всех:

— У нас в квартале была одна Насрала. Но она умерла в восемьдесят третьем. Так что если это она — то я не завидую.

— Кому? — спрашивает соседка.

— Всем, — отвечает старик и снова погружается в дремоту.

В кабинете тем временем Роза пытается доказать доктору свою идентичность. Она достаёт паспорт.

— Смотрите! Роза! Р-о-з-а!

Доктор Шимон берёт паспорт, изучает его с видом археолога, обнаружившего древнюю табличку.

— Интересно, — говорит он. — А вот в карточке написано «Насрала». Может, это твоя девичья фамилия?

— Моя девичья фамилия — Коэн!

— Коэн... — Доктор задумывается. — А Насрала — это, случайно, не по мужу?

— Мой муж — Авраам! Авраам Коэн! Он уже двадцать пять лет Авраам Коэн!

— А раньше?

— Что — раньше?!

— Раньше он не был Насралой?

Роза издаёт звук, который не поддаётся описанию. Это смесь стона, крика и молитвы. В этот момент дверь открывается, и входит медсестра Ципора с карточкой настоящей Насралы.

— Доктор, извините. Я перепутала. Вот карточка Насралы. А это, — она кивает на Розу, — Роза Коэн. У неё запор.

— А-а-а, — говорит доктор Шимон с облегчением. — Так вот в чём дело! А я думаю: почему у Насралы запор? У неё же температура!

Роза медленно поднимается со стула. Она смотрит на доктора, на медсестру, на карточку, на свою сумку с половиной аптеки. Потом говорит очень тихо и очень отчётливо:

— Я. Не. Насрала.

— Уже понял, — кивает доктор. — Ты Роза. С запором. Проходи, садись. Рассказывай.

— Что рассказывать?

— Как зовут.

— Роза.

— Хорошо. А фамилия?

— Коэн.

— А Насрала?

— Доктор!!! — Роза уже почти плачет. — Я не знаю никакой Насралы! Я пришла к вам с животом! С запором! Я не спала четыре дня! Мой муж ушёл к брату! Дети меня не понимают! А вы меня спрашиваете про какую-то Насралу!

Доктор Шимон внимательно слушает. Потом кивает и говорит:

— Знаешь, Роза, а вот это уже интересно. Запор на нервной почве. Это мы лечим. А Насрала... Насрала подождёт.

В коридоре настоящая Насрала наконец решается войти. Она робко открывает дверь и говорит:

— Здравствуйте. Я Насрала.

Доктор Шимон поднимает голову. Роза оборачивается. Медсестра Ципора замирает с карточкой в руке. Все смотрят на Насралу.

— Насрала? — переспрашивает доктор.

— Насрала, — кивает девушка.

— Та самая?

— Какая «та самая»?

— Ну, которая Насрала.

— Я Насрала. А что?

Роза в этот момент издаёт звук, отдалённо напоминающий смех, но с примесью истерики. Она смотрит на Насралу, на доктора, на Ципору и говорит:

— Вот. Вот она. Насрала. А я — Роза. Роза Коэн. У меня запор. Можно я уже наконец расскажу про живот?

— Можно, — милостиво кивает доктор. — А ты, Насрала, подожди. Ты следующая. Только скажи: ты Насрала или нет?

Насрала смотрит на него широко раскрытыми глазами.

— Я... я не уверена, — говорит она.

— Вот! — торжествующе восклицает доктор. — Все так говорят! Никто не уверен! Ципора, запиши: «Насрала — под вопросом».

— Доктор, — тихо говорит Ципора, — она Насрала. Я её оформляла.

— А та, первая? — Доктор кивает на Розу.

— Та — Роза.

— С запором?

— С запором.

— А Насрала?

— С температурой.

— А-а-а. — Доктор Шимон наконец-то всё понимает. Он откидывается на спинку стула и говорит с чувством глубокого удовлетворения: — Ну вот и разобрались. Роза — с запором, Насрала — с температурой. Всё логично. А то я думаю: почему у Насралы запор, если у неё температура?

Роза закрывает лицо руками. Насрала стоит в дверях, не понимая, что происходит. Ципора делает пометку в карточке. А доктор Шимон уже вызывает следующего:

— Следующий! Ты Насрала или нет?

В коридоре старик с палочкой открывает один глаз и говорит в пустоту:

— Я же говорил: в этом городе никто не уверен, кто он. Даже Насрала.

И засыпает снова.


Борис БЕРЛАЗЕР
Если Вы желаете оказать нашему изданию посильную материальную помощь, нажмите кнопку «Поддержать журнал», которую Вы увидите ниже, пожертвовав сумму, которую Вы посчитаете нужным. Благодарим заранее!
Поддержать журнал
назад »
ДЛЯ РАСПРОСТРАНЕНИЯ ПУБЛИКАЦИИ ПО СОЦИАЛЬНЫМ СЕТЯМ, ЖМИТЕ НА ЭТИ ЗНАЧКИ


Оставить комментарий:

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение